Jewelrygram
Вы читаете

Кристиан Лубутен: когда обувь как арт-объект

0
Мода

Кристиан Лубутен: когда обувь как арт-объект

Кристиан Лубутен

Кристиан Лубутен никогда не употребляет слово «обувь», заменяя его нежным «башмачки» или кокетливым «туфельки». Свою первую туфельку Лубутен нарисовал в десять лет. Потом Кристиан стал изображать только причудливо обутые дамские ножки. Когда в школьных тетрадках не хватало места, он использовал парту, что не вызывало особого восторга у учителей, но привело к кое-какому результату. Впоследствии Лубутен учился у великого Роже Вивье, стажировался у Журдена, выполнял обувные заказы для большинства ведущих Домов Моды… 

Летом 1998 года он был удостоен престижной американской премии «Fanny» (Fashion Footwear Association of New York Award). Его первая коллекция в 15 моделей была навеяна образом принцессы Дианы. Его визитная карточка – черные лодочки, поделившие пополам слово Love, – также созданы под впечатлением от Дианы: принцесса, робкая и несчастная поначалу, что бы обрести душевное равновесие, ставила ноги очень тесно одну к другой и разглядывала свои туфли.

В МАГАЗИН

Любимые птицы Лубутена носят имена Лиз Тэйлор и Диор. Он собирает антикварные предметы меблировки, любит познавательные путешествия в экзотические страны и кино. Но больше всего в жизни Кристиан Лубутен любит новую обувь.

Туфелька – это символ женственности. Это нечто большее, чем просто аксессуар. Туфелька – это своего рода пьедестал как для самой женщины, так и для ее наряда. Изящная туфелька формирует женскую походку, делает даму выше, влияет на ее поведение. Не женщина носит туфли, а наоборот. Туфли – это музыкальный инструмент.

В МАГАЗИН

Высокий каблук производит ни с чем не сравнимый очень мелодичный звук, а походка женщины на каблуках делается танцующей. Высокий каблук обязывает женщину не выходить за рамки хороших манер, определенным образом двигаться и совершенно иначе обрисовывает ее силуэт. Туфли влияют даже на самочувствие. Причем часто вопрос заключается отнюдь не в физическом комфорте, а в психологическом удобстве. Как говорят англичане, мы полностью зависим от наших башмаков. 

Он не любит обуви, которая убивает женственность. Ему никогда не нравились массивные туфли – это утяжеляет силуэт. Его работа заключается в создании женственных туфель, у него даже стиль рисования женский. Когда делаешь обувь для мужчин, кожа должна быть плотной, стежки четкими и видимыми. Это совершенно другая работа, другой менталитет. У каждого своя профессия. Он не сможет нарисовать мужской ботинок, потому что для этого нужно оказаться в другой ментальной позиции. Это вопрос пропорций – обувь, похожая на мужскую, не имеет ничего общего с тем, что делает он. 

В МАГАЗИН

У него два образования: одно – техническое, которое обеспечивает понимание всех тонкостей производства, а другое художественное. Его работа заключается в том, чтобы создать форму, скульптуру, если хотите. Но, по правде говоря, он не думает, чтобы женщины воспринимали обувь как скульптуру – скорее, туфельки для них символизируют силуэт.

Обратите внимание: на большинстве эскизов моды женские ноги являются самой абстрактной частью рисунка, ступня изображается при помощи легкого штриха, одной очень чистой линии, потому что она завершает женский силуэт. Что касается технологии, то наступает момент, когда модельер говорит себе: «Прекрасно, но не стоит этого делать, потому что с производственной точки зрения здесь нельзя располагать эту стяжку». Он никогда себе такого не позволяет.

В МАГАЗИН

 Он находит путь решению любой технологической проблемы и при этом всегда дает волю воображению, не пытаясь его обуздать. Разумеется, необходимо вписывать свою фантазию в возможности производства. Но когда начинаешь руководствоваться исключительно техническими возможностями, получается немного не то. Ведь женщина покупает туфли, только если они ей нравятся. А то, что этот великолепный каблук крепится к туфле при помощи одного хитрого винта… Да покупательнице наплевать на это.

Когда работаешь для моды, ни в коем случае нельзя превращаться в технолога. Воображение всегда должно опережать современные технологии, потому что, как только производственник заслоняет творца, многое теряется.

Как правило, пара туфель – это слепок эпохи, ибо вся обувь отмечена печатью времени, а форма каждой отражает тот или иной исторический период – на них словно проставлены даты их создания. Но его не интересует производство вещей на один сезон, по прошествии которого люди бы говорили о туфлях: «Какой ужас!» Нет уж! Он предпочитает, чтобы его туфельки носили долго. Он добивается того, чтобы их хранили как драгоценность. 

CHRISTIAN LOUBOUTIN 
Lady Bug 100 patent leather pumps

Даже самая богатая или эксцентричная женщина, купив драгоценности, не скажет четыре месяца спустя, что для нового сезона они уже устарели и их лучше выбросить. Существуют люди, которые столь же трепетно относятся к его туфлям. Ему доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие видеть даму, которая носит туфли его марки уже не первый сезон. И он абсолютно не переносит, когда, купив созданные им туфельки, их выбрасывают на помойку четыре месяца спустя лишь под тем предлогом, что это вещь прошлого сезона, а значит, совершенно вышедшая из моды. 

Источником вдохновения может стать масса разных вещей. Например, изогнутая ножка стола в стиле Людовика XV – взяв за основу ее форму, он нарисовал каблук одной из своих туфелек. Или женская походка. Побывав на балете, он может вдруг создать балетные туфли, которые можно носить в обычной жизни. Но, по правде говоря, к числу вещей, которые его вдохновляют, не относится мода. Впрочем, откуда бы ни брались идеи – из путешествий, воспоминаний, встреч, необходимо пропускать все впечатления через себя и оставлять частицу себя в каждом из своих творений.

Добавить комментарий